Расчет в USDT обернулся для заемщика из России долгом в 27,5 млн рублей

Попытка расплатиться стейблкоинами привела жителя Калининграда к судебному проигрышу: доказать факт погашения задолженности ему не удалось. Суд апелляционной инстанции подтвердил вердикт о принудительном истребовании с должника и фирмы-поручителя 20,6 млн рублей основного долга, а также неустойки за нарушение сроков и судебных издержек. Служители фемиды сочли, что сведения о транзакциях в USDT не служат свидетельством договоренности рассчитываться цифровыми активами и не доказывают факт поступления средств кредитору.

Беспроцентный заем размером 20,6 млн рублей был предоставлен на 45-дневный период в сентябре 2023 года. Средства привлекались для пополнения оборотных фондов организации, согласившейся выступить поручителем. В оговоренный срок деньги возвращены не были, что послужило поводом для обращения займодавца в суд. Иск рассматривал Московский районный суд Калининграда, который полностью удовлетворил претензии и постановил взыскать солидарно всю сумму долга, порядка 6,92 млн рублей штрафных процентов и компенсацию госпошлины в размере 73 276 рублей с каждого из двух ответчиков.

Не согласившись с вынесенным актом, должник и поручитель подали апелляционную жалобу, утверждая о наличии устной договоренности погашать обязательства криптовалютой. Согласно их позиции, в отрезок времени с ноября 2023 года по январь 2025 года на цифровой кошелек поступило 207 719 USDT, что в рублевом эквиваленте составило около 19,18 млн рублей. Таким образом, по расчетам заявителей, непогашенный остаток не превышал 1,42 млн рублей, в подтверждение чего суду предъявили нотариально удостоверенную переписку и расчетные таблицы.

Коллегия судей отклонила предоставленные доводы. В судебном определении зафиксировано, что перечни транзакций с датами и объемами USDT не подтверждают ключевых обстоятельств: отсутствуют доказательства согласования сторонами расчетов в криптоактивах, не установлена принадлежность кошелька получателя займодавцу, а также не доказано, что переводы не предназначались третьим лицам, финансировавшим криптовалютные инвестиции. В связи с этим вердикт суда первой инстанции устоял, а апелляционные требования были отвергнуты.

Транзакция в блокчейне сама по себе не имеет для правосудия решающего веса, фиксируя лишь перемещение токенов на определенный адрес без указания конечного бенефициара и целей операции, из-за чего обосновывать суть транзакции приходится отдельно. Материалы дела демонстрируют, что для признания криптоплатежей погашением обязательств требуется документально оформленное соглашение о возможности возврата займа конкретной криптовалютой с правилами конвертации, доказательство владения кошельком со стороны кредитора и свидетельства назначения каждого платежа в счет конкретного долга, тогда как нотариальная переписка и самостоятельные подсчеты этих фактов не подтвердили. Юридически вердикт распространяется исключительно на данный спор, однако отражает общую практику: устные расчеты стейблкоинами создают угрозу двойной оплаты — изначально в токенах, а затем в рублях по исполнительному листу, что требует от бизнеса и инвесторов столь же строгого оформления цифровых сделок, как и при обычных банковских переводах.